Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
Воспоминания о Колеватове Вадиме Михайловиче. (к 75-летию со дня рождения 1935-2010)
 

Очно я познакомился я с Вадимом Михайловичем 12 лет назад в январе
 
  
 
1998г. Но к этому времени я заочно знал его уже лет 8. Где-то в 90-91 г.г. приобрел книжки Колеватова В.М. 'Камины' и 'Печь в садовом домике', т.к. был садоводом, и мне предстояло заняться печным отоплением своего дома. После окончания печных курсов в 1992г. я уже твердо знал, что камин у себя на даче я построю по подобию мини-камина из книги Колеватова В.М., что и было впоследствии сделано. Дальнейшее мое погружение и освоение печного дела также было связано с книгами Вадима Михайловича. Технологию кладки, приготовление растворов я осваивал по его книгам. В последующие лет 5 все камины, которые мне пришлось делать, я делал по проектам Колеватова и переделал их почти все. Камины отлично работали, проблем с ним не было.
Еще один контакт не с самим Вадим Михайловичем, а со следами его деятельности про-изошел где-то в 1995-96гг., когда я с Заказчиком в поисках кирпича попал в п. Рябово на кирпичный завод. Завода к тому времени уже практически не было, а несколько сотрудников распродавали то, что от него осталось. Как же я был удивлен, когда нам предложили посмотреть комплект кирпичных деталей к камину Колеватова В.М. Мы шли по заброшенным 'мертвым' цехам с выбитыми окнами и летающими птицами. Возле какого-то станка мы остановились и нам показали остатки кирпичного комплекта камина. Долевые кирпича с прямыми и косыми образующими были не нарезаны на станке, а отформованы в процессе изготовления кирпича. Несколько лет спустя Вадим Михайлович мне рассказал, что провел много времени на Рябовском заводе (была даже служебная комната в общежитии), чтобы наладить производство печного кирпича. Он об этом очень мечтал. Параллельно было выпущено несколько комплектов-конструкторов камина. Кажется, они даже участвовали в выставках. Но время было такое, что завод был кому-то перепродан и, в конце концов, закрыт.
 
  
 

В 1996г. я начал работать над справочником 'Указатель проектов печей и каминов, опубликованных в России за последние 100 лет'. К концу 1997 году у меня была насущная проблема пообщаться с опытным человеком, как в печном деле, так и пишущем на эту тему.
В январе 1998г. через 09 я узнал телефон Вадима Михайловича и позвонил ему. Рассказал чем я занимаюсь и через несколько дней мы встретились. С тех пор завязалось наше знакомство, которое постепенно переросло в хорошие дружеские отношения. Мои усилия по созданию справочника Вадим Михайлович одобрил и пожелал успехов, в свою очередь рассказал о своем опыте написания и издания книг. В последствие, приходя из библиотеки после знакомства с очередной печной книгой, я звонил Вадиму Михайловичу и делился впечатлением, многие из тех книг он и сам читал, тогда мы обменивались мнением и по тем или другим вопросам. Часто встречались в домашней обстановке, в т.ч. и по юбилейным датам. Вместе ходили на строительные выставки. С ним было приятно общаться, он был грамотным и эрудированным инженером.
А с какой ювелирной тщательностью и точностью он выполнял чертежи печей и каминов, сам их раскрашивал. Все он делал вручную, без компьютера. Опечаток найти было практически трудно. Единственный раз была использована компьютерная техника, (я помогал ему в этом) и то только для того, чтобы отсканировать его чертежи и переслать по электронной почте в Швецию, где по ним местными печниками было сделано несколько печек. Был, правда, еще один случай. В 2001г. я подключился к Интернету. Вадим Михайлович был у меня, и мы нашли подробности, как погиб его дядя. Он был репрессирован в 1937г., но то, что баржа с заключенными, среди которых он находился, была затоплена в Енисее, никто из родственников не знал. Помню, он тогда написал об этом в Красноярск своей еще тогда жившей тетушке. Мне приходилось один раз в 2001 году и несколько раз в 2003 году выполнять работу по чертежам Вадима Михайловича для его Заказчиков. Его проекты отличаются проработкой всех, даже второстепенных деталей, так ответственно и серьезно он относился к своей работе.
Он был не просто инженер. В нем бурлила энергия изобретателя. Он запатентовал на уровне изобретений три технических решения по печам и каминам. Было бы больше, но часть из них была потеряна ('замотана') в нудной переписке с экспертами Роспатента. И даже у него было изобретение по садовому культиватору. Апробирование, которого состоялось у меня на глазах на моем садовом участке. До этого Вадим Михайлович в моей мастерской два дня собирал и подгонял привезенные с собой детали. Правда, опыты прервал дождь и последовавшая после этого грязь.
Вадим Михайлович был всесторонне развитый и эрудированный человек. Любил музыку и природу. Знаю, что в конце 80-х годов он ходил на все концерты Аллы Бояновой. Собрал большую коллекцию романсов в грампластинках. Когда я бывал у него в гостях, часто включал электропроигрыватель и предлагал мне послушать их. Песню Юрия Борисова 'Белая песня' он выделял особенно, т.к. она ассоциировалась у него с памятью об отце. Освоил самостоятельно игру на гитаре.
 
  
 
И даже в последнее время, когда уже плохо работали пальцы - с особым упорством пытался восстановить их послушность упражнениями на гитаре. Любил природу. Знал много видов птиц и зверей и их повадки. Он вырос в Сибири, знал тайгу. Ну а в наше время, я видел, с каким наслаждением он ходил по лесу, когда мы бывали у меня на даче. Любил растапливать печку, наблюдать за языками пламени в камине. Это приносили ему особое наслаждение. По-видимому, он проверял свои выводы практическими наблюдениями. Часто рассказывал мне о своем не легком, но интересном детстве и юношестве. И тогда передо мною возникали никогда не виданные мною образы Минусинска, Норильска, Томска, Приморья, тайги, кедровника, охотника на коне, вечерней школы, горного факультета Томского политеха:Помню по его просьбе я переснял и увеличил портрет его отца. Он много рассказывал об отце и чтил его па-мять..
Еще хотелось бы отметить незаурядные способности Вадима Михайловича в области кулинарии. Он любил готовить и у него это вкусно получалось. Когда в декабре я посещал Вадима Михайловича в больнице, жена попросила меня узнать у Вадима Михайловича рецепт плова. Я записывал, а он с удовольствием со всеми тонкостями описал процесс приготовления плова. В следующий раз, когда я ему рассказал, что плов получился на славу и что дома приготовление плова закрепили за мной, он оживился и улыбнулся, хотя его уже тогда очень мучили боли.
К сожалению, в последние лет десять у него много времени уходило на борьбу с пиратством. Тексты и чертежи из его книг бессовестным образом перепечатывались многими издательствами без разрешения и упоминания автора. Вадим Михайловича и не только его, это огорчало и возмущало. Суды, переписка по этим вопросам отнимали много времени и здоровья. И хоть в наше время это трудно, но иногда удавалось добиться справедливости.
Вадим Михайлович по праву считается патриархом возрождающегося печного дела не только в С.-Петербурге, но и в России. Он знал многих печников в С.-Петербурге, но еще больше знали его и не только в Питере. Когда в Питере бывали московские печники, они рады были познакомиться с В.М. Колеватовым. Несколько таких встреч состоялись: в 2004г. у меня на даче с Афанасьевым Ш.К. (Москва), в 2006г. на Карельском перешейке с Куриным С.Ф.(Москва), в 2007г.у меня на юбилее с Соколовым М.А. (Москва), а еще раньше в 1991г. в Ленинград приезжал Кузнецов И.В. и тоже встречался с Вадимом Михайловичем. С большим почетом и уважением Вадим Михайлович был встречен Московской Гильдией и Национальной Лигой печников в Москве, когда он там был в 2006г. по делам.
 
  
 

Попытки объединения питерских печников делались еще в начале 90-х годов, но они не увенчались успехом. Уже были Гильдии печников в Москве и в Карелии, действовала НП 'Печи Кузнецова'. Поэтому, когда в 2007г. под руководством Пчелкина В.М. организационно стала оформляться Гильдия печников и трубочистов С.-Петербурга и Ленобласти Вадим Михайлович приветствовал эту инициативу, и пока позволяло здоровье, принимал активное участие в собраниях Гильдии. Прочитал несколько лекций. Его членский билет ? 1.
Вадим Михайлович был человеком принципиальным, твердых убеждений, оптимистом и очень мужественным. В последние годы он тяжело болел, его мучили боли, но он нашел в себе мужество закончить рукопись новой книги, которую мы будем иметь возможность изучать и по которой многие из нас и последующие за нами печники, возможно, построят еще не одну печь.
Общение с книгами Вадима Михайловича, на первом этапе, а потом и с ним самим, несомненно, наложили отпечаток на мое видение профессии печника и печного дела в целом. Я знал и знаю многих печников в России. Но мне повезло, что здесь, в Питере, я имел возможность 12 лет общаться и дружить с Вадимом Михайловичем Колеватовым и он щедро делился своим опытом, знаниями и мудростью.
Вечная ему благодарность и память!

Миркис С.М.
С.-Петербург, апрель- май 2010г
 
  
 
 
  
 
 
  
 
 
  
 
 
  
 
.
 
  
 

 
be number one Рейтинг@Mail.ru
Translate.Ru PROMT©